Семь бед и змеиный завет - Дарья Акулова
– Почему опытные баксы не могли остановить пламя? – удивляется Нурай.
– Огонь – дикая стихия и непредсказуемая. А моя сила была довольна велика. Я старалась утихомирить его, но получалось наоборот. Старшие тушили, но он возгорался вновь, из-за меня. Было сложно приручить его. Но в итоге все спаслись, а мне вот, досталось. Меня никто не хотел брать в жёны!
– Они просто глупцы, – отмахивается Абылай. – Потеряли такое золотце! Но я-то знаю толк в ценных металлах.
Они снова влюблённо улыбаются друг другу. Значит, это брак по любви? Значит, это возможно?
– Я была Волком, а стала Лошадью. Думала, что буду воином, а стала баксы-кузнецом.
– Самым прекрасным баксы-кузнецом, – уточняет Абылай и целует жену в щёку, прямо в шрам.
Целует её при всех!
– Ну хватит вам! – одёргивает их Арлан.
Хозяева только смеются, довольные тем, что им удалось смутить молодёжь. Это улыбает меня, а потом заставляет тоже засмеяться. Инкар выразительно смотрит то на меня, то на Арлана, а потом протягивает через стол свою руку и кладёт на мою.
– То, что для одного некрасиво, для другого может быть верхом прекрасного.
Женщина кивает мне, а я киваю ей в ответ.
– Спасибо.
Инкар откидывается на подушки.
– Значит, ты – та самая девочка, о которой судачили шесть лет назад все, кому не лень. Я до конца не верила этим слухам, но вот ты здесь, перед нами, во плоти.
– Сколько я не молила Духов дать мне ответы, кажется, они глухи ко мне. И ко всем остальным баксы, которые обращались к ним с этим вопросом.
– Хм. Мне кажется, ты должна узнать что-то. Что-то, что предназначено только тебе.
– Что-то, что не все могут увидеть? – спрашивает Айдар.
– Это лишь моё предложение, – пожимает плечами Инкар. – Но Духи отвечают, всегда.
Айдар вопросительно смотрит на нас. Я догадываюсь, что он хочет спросить.
– Тогда зачем, – решается он, – зачем Ульгень выбрал в баксы мальчика? Мне Духи не ответили.
Инкар с подозрением прищуривается.
– Пресвятые аруахи. Хочешь сказать, что ты – тот самый мальчик?
Айдар заливается краской. Инкар ударяет ладонью по столу.
– Я знала! Я знала, что это не выдумки! «Такого не может быть», – говорили все. Вот это да!
Я беру Айдара за руку, чтобы чуть успокоить.
– Инкар, пожалуйста, – говорит Арлан. – Это непростая тема.
– Ясно, кхм. Ты спросил, почему. Почему Ульгень выбрал мальчика. В мире всё двойственно: жизнь и смерть, Солнце и Луна, лето и зима… Бесконечный круговорот. Всё повторяется. Если среди предков была баксы, она там и остаётся, только может переродиться.
– Но как же? – спрашиваю я. – Девушка ведь выходит замуж и переходит в род мужа.
– Предки – они и есть предки, – улыбается Инкар. – У тебя ведь двое родителей. А у твоих родителей их родители, и так далее. Девушка присоединяется к другому роду, но это не отменяет того факта, что ты появилась на свет благодаря действиям предков. Каждого из них. Убери хотя бы одного, и тебя бы уже не было. Так что вы двое здесь не просто так, я уверена.
– Она должна что-то узнать, а я почему-то должен быть баксы, – бурчит Айдар и потирает виски. – Понятно, что ничего не понятно.
– Куда вы идёте?
– В улус Волчьего ру, – говорю я. – Повыше к Небу, ближе к Тенгри и Духам. Может, там меня услышат. Или я услышу или увижу то, что должна.
Меня осеняет.
– Но ведь я уже видела кое-что, когда это было нужно.
– О чём ты?
– Я видела события прошлого.
Лица Инкар и Абылая вытягиваются. Они переглядываются.
– Балгер, значит, – кивает Инкар. – Где ты её нашёл, Арлан?..
Инкар не может сидеть на месте, встаёт, выходит из-за стола и начинает расхаживать вокруг него. Мы наблюдаем в ожидании.
– Был только один балгер, когда-то давно. Коркыт-ата.
Мы с Айдаром переглядываемся.
– Это ведь легенда? – неуверенно спрашивает Абылай.
– Возможно. Духи могут подсказать, как решить ту или иную проблему сейчас, в данный момент. Но легенды говорят, что Коркыт-ата мог смотреть дальше, глубже, в прошлое и в будущее.
– Нам рассказывали о нём, – говорит Айдар. – На обучении. Его почитают как великого наставника всех баксы. Он изобрёл кобыз.
– Именно, Беркут. И он родился здесь, на берегах Яксарат.
У меня побежали мурашки. Нет, это не чутьё, а осознание того, что я, сама того не зная, оказалась в нужном месте.
– Но даже если он реален, он ведь умер уже много сотен лет назад, – говорю я.
– Да. А может, и нет. Никто не знает. Нигде нет его могилы. Была бы у нас библиотека, можно было бы поискать какие-то данные там. Хотя легенда о Коркыте живёт скорее только на устах.
– В Отраре есть, – вдруг говорит Нурай. – В Отраре ведь есть библиотека. Я съезжу.
– Что? – удивляюсь я. – Одна?
– Так быстрее. И займёт всего неделю.
– Ты умеешь читать? – удивляется Айдар.
Нурай закатывает глаза, а я беру её за руку.
– Спасибо, Нурай. Правда. И я заплачу тебе за это, обязательно.
– Не надо, – улыбается она. – Считай это моим подарком.
– Точно помощь не нужна, Нурай? – спрашивает Арлан.
– Я справлюсь, Волк.
Арлан кивает.
– Но спасибо за предложение, – добавляет Нурай.
Когда мы заканчиваем трапезу, уже совсем стемнело. Инкар отправляет помощниц приготовить комнату для нас с Нурай и для парней отдельно. Надо же, отдельная комната! В юрте такого нет. Все спят и едят, живут в одной лишь комнате, под одним шаныраком. Наша отдельная комната оказывается не очень большой. Глиняные стены с нишами, где стоят сундуки и кое-какая красивая посуда. Цветастые ковры на стенах и полу. Из окна видно внутренний двор, где мы ужинали. Постель стелют на полу. Последний раз я спала в нормальной постели у Лебедиц-близнецов, когда… Я вздыхаю, снова вспоминая об Арлане, о том, что скоро нам придётся попрощаться.
– Ты чего? – спрашивает Нурай, разбирая свои вещи.
– Ничего. Пойду осмотрю дом.
Я видела лестницу на второй этаж, которая находится во дворе, и иду сразу туда. У колодца Арлан и Абылай о чём-то разговаривают. Волк замечает меня, но я быстро прошмыгиваю вверх по ступенькам. Здесь ветрено, но воздух ещё не успел остыть от дневного зноя. Я иду вдоль перил, пока не выхожу на балкон с завораживающим видом на город. Убывающая луна, россыпь звёзд и огни, мерцающие в каждом доме и освещающие улочки. Пусть я пока не знаю, для чего всё это, я рада, что оказалась здесь. Что вижу всю эту красоту. Ведь я об этом и мечтала.
И вдруг слышу песню. Не могу понять, откуда она. Поёт мужчина, и его слова разносятся надо всем городом.
– Ты что тут делаешь?
Я узнаю голос позади и впиваюсь в перила. Спокойно, нужно отвлечься.
– Что это за песня? – спрашиваю я, когда Арлан встаёт рядом.
– Это азан, призыв к молитве.
– Молитве? – Я поворачиваю голову к нему.
– Да. – А он поворачивает ко мне.
– Здесь верят не в Тенгри?
– На земле много мест, где люди не верят в Тенгри.
– Откуда ты знаешь?
– Просто знаю.
Мне хочется и дальше смотреть на него, но я заставляю себя перевести взгляд на город.
– Это очень красивый призыв к молитве. Колышет что-то внутри меня.
– Так и должно быть. Наверное.
Я усмехаюсь. Арлан чуть отступает назад и опирается на перила локтями, скрестив руки.
– Ты всегда так искренне удивляешься чему-то новому, – говорит он.
– Это плохо?
– Я покинул родные места и стал бывать там, где раньше никогда не был. Но ни одно место меня не цепляло так.
– Может, ты просто не обращал внимание на красоту, которая нас окружает? Или, может, просто приелось? Всё-таки уже давно путешествуешь.
– Может. Но сейчас я восхищён.
– Чем? Ты же и так жил здесь и видел всё это…
– Тобой.
Я резко смотрю на него. Арлан подскакивает.
– Кмх, я имел ввиду, что восхищён тем,
